Я выгнала из дома двоюродного брата мужа. Мне своих проблем хватает, а тут эта 18-летняя немочь, которой нужна опека

Пока я вернулась после родов домой, меня ожидал гость, который должен был у нас оставаться. Это был двоюродный брат моего мужа. Приехал он поступать в университет. Эта весть меня, конечно, застала врасплох, но всё же я смирилась с ней.

Рано утром я проснулась от его голоса:

— Я завтракать хочу, вставай. – говорил он и дёргал меня за руку, чтобы я уж наверняка точно проснулась.

— В холодильнике есть еда, согрей что-нибудь.

А откуда я знаю, как её греть?! А мама моя говорила, что кормить меня должно тебе.

Я-то после родов с ребёнком на руках еле смогла заснуть, всю ночь он плакал и не давал мне спать.

— Слушай, Виктор, всего-то нужно положить в тарелку, поставить в микроволновку на 2 минуты, и всё!

Он наконец ушел. Я снова заснула, как мертвая.

Прошло примерно полчаса, он снова вернулся!

Кофе мне свари хотя бы!

— Зачем ты каждый раз заходишь в мою комнату, я же сплю! Не можешь сварить кофе, гугл тебе в помощь!

— А мама говорила… — я перебила его и не дала закончить.

— Много чего твоя мама говорила, веди себя, как гость, знай, как разговаривать со взрослыми. Вон из моей комнаты.

Извините меня, конечно, но я ведь могу заснуть у себя комнате хоть голая. Только этого не хватало, чтоб этот невоспитанный юнец каждую минуту заходил сюда и чего-то требовал, командуя мною!

Дочка просунулась от его истерического крика. Я поменяла ей подгузник и опять уложила спать. Тут опять врывается этот наглец!

Дай мне свой зарядник, не могу свой найти!

Я в этот раз просто прогнала его из комнаты и приставила стул к двери. Минуты через три мне звонит тётя мужа и говорит:

— Значит так ты ухаживаешь за своим гостем? Тебе сложно ребёнку кофе налить?!

Ребёнку, на минуточку, 18 лет, он поступает в университет и не может налить себе кофе!

— Марфа Петровна, ваш ребёнок, как вы его называете, прекрасно может заварить себе кофе сам, я кормлю новорожденного ребёнка и еле высыпаюсь. Вы бы сами подумали об этом перед тем, как его сюда отправлять.

Я отключила телефон в надежде заснуть и отдохнуть хоть немного.

Ближе к обеду я проснулась, малыш ещё спал. Мне сделали кесарево, поэтому мне было тяжело даже ходить. Еле добралась до кухни, смотрю, там самый настоящий кошмар! В раковине гора грязной посуды, на столе пачками размороженные пельмени и котлеты, которые, судя по вони, уже протухли, на столе нет места чашку поставить. А посредине всего этого дурдома сидит Виктор и трещит по телефону:

— Конечно встретимся, если что останешься у меня. Только беруши прихвати, а то личинка это целый день орёт.

Я спокойно постучала по его плечу:

— Доброе утро, Виктор.

Он как прыгнул от испугу с места и сказал своему приятелю, что перезвонит.

— Ты давно тут за мной стоишь?

— Значит так, убираешь свой бардак, который тут создал, звонишь своей матери, чтоб своей личинке квартиру сняла, понял?

— Ну не обижайся. Я же это шутя, личиночка, личинка…

— Прямо сейчас звонишь своей матери.

Муж вернулся вечером с работы и набросился на меня с обвинениями и упреками о том, как я могу прогонять ребёнка из дома.

— Тётя Марфа сказала, что едет уже. Она хочет разобраться, понять, почему ты обидела её ребёнка.

— Слушай меня внимательно, я не собираюсь становиться служанкой 18-летней немочи, которая не может себе пельмени сварить. Ты в курсе, что он называет нашу дочку личинкой? Я еле двигаюсь с места с этими швами, он мне даже спать не даёт! Разве нормально то, что он делает? Зовет непонятно кого в гости в квартиру, где новорождённый ребёнок. Если он с первого дня себя так ведёт, что же будет дальше, когда мы немного расслабимся и оставим его у себя?

Тут мать Виктора доехала. Не хочу рассказывать всё то, что она орала мне и мужу. Главное – она забрала своего ребёночка и ушла из нашего дома, надеюсь, навсегда!

Вот я одно не могу понять, чем она думала, когда отправляла свою немочь в квартиру, где только-только родился ребёнок, а мать лежит со швами на животе?